Скалли: Мы добирались сюда три часа, и попадем домой мы теперь только завтра вечером. Если ты подозревал...
Малдер: "Викинги" против "Краснокожих", Скалли. Сороковой ряд на стадионе Хуберта Хэмфри. Ты и я.

Агент Бокс: Как только происходит что-нибудь слегка ненормальное, что делают? Вызывают Mo Бокса. Как будто я обязан разбираться со всеми идиотскими случаями в городе.

Басх: Вы хотите сказать, что это сделал человек?
Малдер: Ну да, если вы хотите называть его так.

Донни Пфастер: Ты ухаживаешь за волосами? Я имею в виду... ты пользуешься химией?

Проститутка: Вы поймаете этого парня?
Бокс: Мы поймаем его.
Малдер: Вам сейчас как раз неплохо бы взять отпуск на недельку за счет босса.
Проститутка: Ага. Точно.

Малдер (Скалли): Я просто не хочу, чтобы ты думала, что обязана что-то скрывать от меня.

Скалли: Я доверяю ему свою жизнь.

Скалли: Я возвращаюсь. Тебе нужна моя помощь?
Малдер: Всегда.

Малдер: Ну, некоторые собирают солонки и перечницы. А фетишисты - ногти и волосы. Никто не знает, почему. Хотя я никогда не понимал и тех, кто собирает солонки.

Малдер: ...Это необъяснимая ненависть к женщинам. Вероятно, начавшаяся еще с его матери.
Бокс: Я бы сказал, что она тоже неплохо поджаривала его.

Малдер: Вы знаете этих патрульных на ночных улицах. Они ежедневно заявляют о том, что видели Элвиса по крайней мере в трех разных городах Америки. Но ни один из них не видел хорошенькой женщины, сбитой с дороги во взятой напрокат машине.

Малдер: Куда он может пойти?
Бокс: Куда угодно, только не к своей мамаше, так?
Малдер: Почему это?
Бокс: Потому что он страшно зол на нее, согласно вашему описанию. Правильно?

(Пфастер разыскивает Скалли в доме)
Пфастер: Отсюда нет пути наружу, девочка... Я знаю этот дом, девочка, отсюда некуда бежать.

Финальный монолог Малдера: Покорение страху происходит в момент его принятия. В понимании того, что наиболее пугающие вещи для нас - самые знакомые, самые обычные. Этот мальчик, живущий с вами по соседству, Донни Пфастер, незаметный младший брат четверых сестер, необычный только в своей крайней посредственности, смог вырасти в исчадие ада. Говорят, что страх неизвестного - нерациональный ответ на слишком бурное воображение. Но наш страх скрыт в обычных вещах: незнакомец в темноте, звук шагов на лестнице, страх насильственной смерти - все это столь же пугающе, как любой "икс-файл"; также реально, как и допущение, что это могло произойти и с вами.